Сегодня газовая плита – не только обычный атрибут городских квартир, но и источник постоянной головной боли для коммунальных служб.
В ознаменование Всемирного дня жилища, который отмечается 3 октября, мы решили поговорить об этом с академиком РАЕН, профессором, доктором технических наук, руководителем НТЦ «Взрывоустойчивость» Адольфом Мишуевым.
Тот, кому довелось стать очевидцем этой трагедии, до сих пор содрогается: жуткое зрелище. За несколько секунд от многоэтажного дома остались одни руины. Под обломками оказались погребенными заживо десятки человек.
По поводу чрезвычайного происшествия у прибывших на место катастрофы специалистов мнения разделились. Одни утверждали, что причиной трагедии стали карстовые явления и проседание фундамента злосчастного дома. Другие доказывали, что имел место теракт.
Профессионалов рассудили в лаборатории по взрывоопасности жилых и производственных объектов «Взрывоустойчивость». Произведя серию опытных взрывов на макете рухнувшего здания, специалисты по газодинамике горения пришли к четкому выводу: причиной трагедии стала утечка газа.
На памяти сотрудников уникальной лаборатории много подобных историй. Без их участия не обходится ни одно громкое расследование, связанное со взрывами, будь то столкновение поездов или утечка газа на кухне.
О том, что подобная работа очень актуальна, свидетельствуют впечатляющие статистические сводки аварий и катастроф с участием бытового газа.
Источник бед, как правило, один и тот же – утечка метана (природного газа, которым снабжаются наши городские кухни). Соединяясь с воздухом, метан образует газовоздушную смесь. Достаточно одной зажженной спички – и на воздух может взлететь полдома. Взрыв каждого кубометра газа равносилен взрыву десяти килограммов тротила!
Причин, по которым может произойти несчастье, множество: от неосторожного обращения с газом до непрочного соединения плиты и газораспределительного стояка, создающего условия для опасной утечки.
При этом мощность взрыва зависит от многих факторов: от его концентрации, а также от того, насколько герметично загазованное помещение.
– Как известно, при горении большинства газовоздушных смесей наиболее катастрофичное давление – девять атмосфер – возникает именно в абсолютно герметичном помещении, – поясняет ситуацию Адольф Мишуев. – Учитывая, что многие вытяжные отверстия городских квартир своих вентиляционных функций не выполняют…
Особенно опасна, по мнению эксперта, загазованность подвалов. Жить в таких домах все равно что на пороховой бочке: малейшая утечка, малейшее повреждение в газопроводе – и беды не миновать. Ведь, по законам газодинамики, взрыв в подвале в десятки раз опаснее взрыва на кухне.
Не менее опасна и загазованность лестничной клетки: в свободном, насквозь проветриваемом лестничном пролете очень сильная воздушная тяга, что способствует более стремительному распространению взрывной волны. Взвиваясь вверх с бешеной скоростью, она подобна факелу, сметающему все на своем пути.
– Взрывная волна – вообще явление достаточно коварное и непредсказуемое, – говорит профессор Мишуев. – К примеру, взрыв от утечки газа произошел в квартире на первом этаже, а за счет воздушной диффузии (через вентиляционные отверстия) выходит на третьем. Причем по мощности взрыв на третьем этаже будет гораздо сильнее. Этот эффект я называю эффектом Мавроди. Соединяясь со свободными слоями воздуха, готовая к горению смесь по ходу дела повышает свое давление. Воздух словно говорит ей: одолжи мне немножко своей энергии и получишь эффект в десять раз больший. К счастью, на сегодняшний день у нас уже есть методики, по которым мы можем прогнозировать, что произойдет в случае взрыва на первом, на втором, на пятнадцатом этаже.
Серьезным шагом вперед в решении «газовой проблемы» стал вывод из подвалов жилых домов большого количества взрывоопасных газопроводов. Но несчастных случаев с участием бытового газа меньше, увы, не стало. И связано это, как ни странно, с … пластиковыми окнами, которыми оснащены многие городские квартиры.
– Значительная часть газифицированных домов проектировалась и строилась в тот период, когда пластиковые окна не существовали, – вводит в курс дела Адольф Мишуев. – Остекление обычных окон со стеклянными рамами при взрыве выполняло роль своеобразных клапанов – стекла вылетали и существенно уменьшали силу взрыва. Пластиковые окна такой защиты не обеспечивают. Они настолько прочные, что при утечке газа или взрыве весь дом разрушается, а они остаются целыми.
Решением проблемы могла бы стать новая модификация пластиковых окон, которые в случае опасности открывались бы не только вовнутрь, но и наружу, снижая тем самым давление газа. Но из-за более высокой стоимости таких окон, разработанных специалистами НТЦ «Взрывоустойчивость», практического применения они пока так и не получили.
Следующая немаловажная деталь – двери. Адольф Владимирович убежден: если бы они были закрыты или открывались в сторону кухни (в этом случае они легче захлопываются), а не как в большинстве домов – в сторону коридора, в девяноста процентах случаев загазованность не была бы столь катастрофичной. А вся возникшая от возгорания взрывоопасная энергия устремлялась бы к спасительному окну.
Но не все так просто – протестуют пожарные: а вдруг в экстремальной ситуации человек замешкается с непривычно открывающейся дверью и не успеет выбежать из кухни? Единого мнения по этому вопросу пока так и не нашли.
Выход один – быть начеку самим, соблюдая правила личной безопасности. Они просты: при малейшем подозрении на запах на кухне следует немедленно открыть форточку и закрыть дверь на кухню. Самому при этом лучше выйти в другую комнату. Если и после проветривания подозрительный запах все же будет чувствоваться, не ленитесь, позвоните по телефону «04» (телефон аварийной газовой службы).
Тем, у кого дома газовая плита, уезжая, лучше оставить кухонную форточку открытой, а кухонную дверь – закрытой. Для того чтобы сквозняк ее не открыл, неплохо установить на двери что-то вроде пружинки. Это приспособление может выручить и в экстремальной ситуации, где счет идет на секунды, а от закрытой двери зависит ваша жизнь.
И хоть вероятность подобных ситуаций такая же, что и при переходе дороги на красный свет, практика показывает: ждать, пока гром грянет, и надеяться на традиционный русский авось все же не стоит.
(По материалам статьи Татьяны Измайловой, www.aif.ru)
Tweet
Комментарии